В двух шагах от волшебства

Спектакль «Вечера на хуторе близ Диканьки» в театре «Ангажемент» начинается с колядок.
Актёры ходят по залу, требуют гостинцев. Зрители, взявшие на спектакль конфеты, сухарики и чипсы, могут отказаться от них в пользу искусства, ссыпать съестные припасы в мешки колядовщиков.
Шумный зачин обещает, что будет весело. Народное гулянье перемещается на сцену. Сейчас актёры узнают, какую пьесу придётся играть. Перебирают названия из «Вечеров на хуторе близ Диканьки»: нет, всё не то. А вот «Ночь перед Рождеством»!
Распределение ролей, переодевание, перевоплощение происходит в присутствии зрителей, это будто бы присказка, не сказка, сказка будет впереди.
Множество остроумных находок, и в тексте, и в костюмах.
Кафтаны наизнанку, пёстрые, радостные. У Солохи тощие «груди» свисают треугольными кармашками: не пригожая эта баба, зато чертовски привлекательная, сумела приворожить почти всех хуторских мужиков. У Оксаны верёвочные косы, но это не мешает ей выглядеть натуральной красавицей.
Путешественник примостился с блокнотиком, записывает народные обычаи, чем-то похож на юного Гоголя: а ну-ка, писатель, давай тоже в круг, будешь Чёртом.
Забавная перекличка: сначала Николай Коляда поставил в «Ангажементе» свою пьесу «Птица Феникс», а теперь здесь колядуют. Хотя то, что принимаешь за игру судьбы, может оказаться заготовленной шуткой.
Драматург Олег Богаев писал инсценировку «Вечеров», зная, что в «Ангажементе» репетирует его учитель Николай Коляда, намеренно или по наитию приспособил текст для потешного маскарада.
Режиссёр Михаил Заец заработал репутацию тремя камерными постановками (на малой сцене тюменского театра драмы и в екатеринбургском театре «Волхонка»), до этого ставил капустники.
В «Вечерах» больше заметен его капустнический опыт. Не в обиду сказано, потому что у Заеца получился один из лучших образцов внутритеатрального жанра. Спектакль идет час сорок пять, без антракта, но времени не чувствуешь, не покидает ощущение праздника.
В «Ангажементе» сплочённая команда, многие актёры способны к импровизации, обладают отменным чувством юмора. Им нет равных, когда тексты пишет крепкий автор (Николай Гоголь, доработанный Олегом Богаевым, – в самый раз), процессом руководит азартный режиссёр, а художник – Ольга Трофимова (этим всё сказано, это сказочно).
Сожалею о двух вещах. Фантазия режиссёра по ходу спектакля беднеет, истощается, похоже, что он устал стимулировать веселье, вместо неожиданных, свежих выдумок возникли штампы, расхожие приёмы. Это не снижает градуса, но в какой-то момент, переводя дыхание перед очередным приступом смеха, понимаешь, что пора бы уже закончить балаган, перевести спектакль в другое качество.
Нет в «Вечерах» такого, чтобы температура скакнула до критической отметки, а потом зашкалила. Лирическая тема замутнена, а сердце просит чистой грусти, жаждет окунуться в ледяное озеро посреди кипящей лавы, острее почувствовать жизнь в контрастах настроения, на рискованных перепадах. Когда игра в ряженых буксует, её подталкивают механически, ещё одним старым трюком, например, эпизоды с запорожцами напоминают разминку в КВН или нечто наподобие этого. Дурашливое притворство выглядит симпатично, но этого мало, поскольку сам принцип вхождения в историю, выбранный режиссёром, требует обязательного чуда: ряженые забудут о притворстве, на мгновение, но забудут, увлечённые наивным бесстыдством обряда.
Второе огорчение: нет актёрских открытий. Лада Исмагилова (Солоха, Царица) и Денис Юдин (Чёрт, Потёмкин) работают блестяще, пластически точно, но они уже были такими в других работах. Тимофей Шилов (Кум) повторил немца из «Птицы Феникс». Евгений Киселёв (Дьяк), в общем, хорош, но иногда перебарщивает в гротеске. Алексей Шлямин (Голова) играет Алексея Шлямина, уж в который раз. Екатерина Душина (Оксана) очень мила, и так же мила прежде она была. Леонида Окунева задействовали в двух эпизодах, по сюжету, возможно, необходимых, но по существу необязательных; ощущение, что основной капитал театра расходуют по пустякам.
Элемент новизны внесли актёры, пополнившие труппу в этом сезоне. «Вечера» - первое знакомство с Екатериной Захаровой, Игорем и Ксенией Кудрявцевыми.
Претензии к спектаклю не перевешивают удовольствия, подаренного им, но ведь, как говорилось в одной рекламе, «хочется, чтобы было идеально».



Елизавета ГАНОПОЛЬСКАЯ